Британский гик-комик Том Скотт придумал серию наклеек для газет. Он удивляется, что медиа метят сообщения, где присутствуют, например, секс, насилие, или нецензурная лексика. Но не обращают внимание на другие, не менее важные проблемы. А что, если газеты с помощью значка “осторожно!” сообщали бы правду о своих материалах? Подумав такое, он сделал комплект особых наклеек и спустился в Лондонскую подземку, где его жертвами стали бесплатные газеты.

Осторожно! Эта заметка – перепечатанный пресс-релиз

Осторожно! Эта статья основана на неподтвержденных данных из Википедии

Осторожно! В этом интервью мы не задавали важных вопросов, чтобы интервьюируемый согласился и дальше общаться с нами

Осторожно! Чтобы уложиться в дедлайн, мы украли это статью

Вы тоже можете внести свой вклад в улучшение мира. Вот вам оригиналы: скачивайте, распечатываете, вырезаете и действуете. Ну или сделайте свои.

Journalism Warning Stickers

А здесь — больше свидетельств от Тома Скотта.

Читайте также:

По мнению Михаила Ходорковского, правоохранительная система «заточена» под то, чтобы навесить на попавшего в тюрьму человека побольше обвинений и засадить его по максимуму. Т.е. цель системы – не обеспечение порядка и безопасности или восстановление справедливости, а репрессии. Порядок, безопасность и справедливость если и достигаются, то между делом как побочные продукты.

Мне кажется, то же самое можно сказать о журналистике. В учебниках наша профессия определяется как «информирование об общественно важных актуальных событиях текущей действительности». На самом деле мы просто перерабатываем то, что попадает в поле нашего зрения, в события или тексты. Люди для нас – такой же материал. И нам также наплевать, как наша деятельность соотносится с теми целями, для которых предназначена.

Для милиционера идеальный вариант – когда преступление (желательно, тяжкое) налицо, а преступник легко ловится (или сам пришел и сдался). Тогда все совпадает: и себе – «палочка», и обществу – защита. А если преступник с тяжким преступлением не ловится, а пойман тот, кто совершил что-то мелкое, что на преступление едва тянет?

То же самое у журналиста. Когда в столице теракт или в соседней стране революция, все в порядке. Но в обычные дни крупного ничего не происходит, и приходится мелкое подводить под крупное, чтобы доказать аудитории, что ей это важно. Или вовсе писать о проблемах там, где все затронутые лица говорят, что никаких проблем нет. Мы, журналисты, это делать умеем.

Еще мы умеем вынуждать людей говорить те слова, которые нам нужны. Чтобы потом написать или показать эту цитату как подтверждение чего-то происходящего само по себе. Но на самом деле это происходит только у нас в головах. А еще у нас в головах – страх не успеть к дедлайну (эфиру) или сдать материал, который начальство сочтет «никаким».

Но страх отвечать на Страшном суде за материал, в котором идея высосана из пальца, а факты, цифры и высказывания притянуты за уши, у нас отсутствует. Земной суд тоже не страшен – профессионалы умеют писать юридически корректно. Когда оказывается, что «все это было, но ничего этого не было».

Мы оправдываемся, что журналистика – это «разновидность шоу-бизнеса с поправкой на политическую целесообразность». Что любое упоминание, кроме некролога – на пользу. Что знаменитостей не надо щадить, потому что они сами знали, на что шли. А про обычного человека, попавшего в лапы журналистам, забудут на второй день, если не на первый. С нынешним-то информационным потоком.

Тем более, что мы, в отличие от милиционеров, не бьем и не сажаем. А словом или картинкой убить нельзя (если можно, значит, уже была какая-то глубокая рана, а мы добавили). И вообще, какой нормальный человек верит тому, что пишут в газетах и показывают по ТВ? А те, кто верят – это уже их проблемы…

Соратник Лимонова Владимир Линдерман (Абель) призывал для профилактики сажать прокуроров и судей в тюрьму, чтобы они на своей шкуре испытали то, к чему будут приговаривать других. Возможно, журналистам надо время от времени самим становиться фигурантами чужих публикаций. Чувствовать себя объектами, которых препарируют, а потом заново сшивают во что-то чужое и неправильное. Но зато интересное.

Читайте также:

На диком западе, как мы недавно разобрались, все очень строго с участием сотрудников редакции в социальных сетях. Настолько строго, что доходит до маразма из серии – не добавляйте людей в друзья, а то вдруг вам про них надо будет плохо написать, а вы не сможете, ведь вы друзья на фэйсбуке, например.
А Mashable поделился с нами политикой участия в соцсетях великого и могучего ESPN.

1. Личные сайты и блоги со спортивным контентом запрещены
2. Перед тем как принять участие в какой-либо форме в общении в соцсетях на тему спорта, вы должны получить специальное разрешение у вышестоящего начальства
3. ESPN.com может-таки запостить какой-то соцсетевой контент, созданный сотрудниками, но уж если решит этого не делать, то сотрудникам опять же запрещается постить и обсуждать не прошедшие редакторов ESPN тексты.
4. Имейте ввиду, что вы, работая в ESPN, все время в какой-то мере олицетворяете собой ESPN. И если вы бы не сказали чего-то в эфире или своей колонке, не надо это твитить.
5. Уважайте наших коллег, партнеров по бизнесу и наших фанатов
6. Не обсуждайте внутреннюю политику издания, и не вдавайтесь в детали, как вы готовили ту или иную статьи или интервью, и не раскрывайте дальнейших редакционных планов.
7. Старайтесь не вовлекаться в диалог в защиту вашей работы, и в критику коллег и конкурентов.

Читайте также:

Твиттеру как-то уж очень везет в плане обсуждаемости. Вопрос, твитить или не твитить, по популярности явно догоняет гамлетовский.

У Нью-Йорк Таймс есть Insight Lab – место, где постоянные читатели могут обсуждать, осуждать и предлагать. Самый первый опрос после регистрации звучит так: хотели бы вы видеть репортеров и редакторов Таймс в твиттере? Удивительно уже то, что это, как видно, главный вопрос, заботящий медиагиганта. Видимо, в верхах поспорили на бутылку чего-то дорогого. Но еще более удивительно, что явно лидирует ответ «нет». Тенденция более чем странная, учитывая то, что инсайдеры, которых уже более трех тысяч, это, как предполагается, самые ярые приверженцы всех проявлений бренда. 23% «за», 69% «против» и 7% не знают, что такое твиттер. Для сравнения, Техкранч запостил у себя аналогичный опрос, и результаты прямо противоположные. 21% «против» и 63% «за».

Но этому вполне есть объяснение, и оно называется политикой блоггерства/твиттерства. Она есть у всех крупных компаний сейчас, и Нью-Йорк Таймс и другие издания тут выступают не как СМИ, а как любая другая компания, которая не хочет, чтобы что-то всколыхнуло её незыблемую репутацию. Так-то так, только нет больше незыблемой репутации, критическая масса информации перевалила за рубеж, когда слова могли значить больше, чем дела. Если человека нет в социальных сетях лично, то почти стопроцентно есть его фото, упоминания, цитаты. И если уж осторожничать, то не в интернете, а вообще, в жизни.

Но вернемся к политикам. Вот что говорится в политике участия в соцсетях сотрудников Нью-Йорк Таймс:

Если у вас есть, или вы решили создать страницу на фэйсбук, в соотвествии с журналистской этикой, оставьте пустой графу «политические взгляды», и не делайте ничего такого, что могло бы навлечь подозрения на политическую беспристрастность газеты. Помните, что несмотря на то, что группы в социальных сетях являются полезным источником информации, участие в них будет отражено на вашей странице – будьте особенно осторожны, если тема группы противоречива или имеет отношение к политике.

Далее совсем страшно:

Все, что вы выкладываете онлайн может быть распространено по сети, искажено и направлено против вас теми, кто желает вам и Нью-Йорк Таймс зла.

Но это еще цветочки. Взглянем-ка, что говорит на эту тему Wall Street Journal:

Не смешивайте работу и удовольствие. Если вы не уверены, стоит ли писать тот или иной твит – посоветуйтесь с редактором.

Не обсуждайте еще не опубликованные материалы, состоявшиеся интервью и события, которые вы планируете посетить.

Не вдавайтесь в детали, каким образом была написана и отредактирована статья.

Но есть и неплохие гиды, как, например, от The Gazette из Айовы. Там всего лишь два пункта:

Если вы используете личный аккаунт в рабочих целях, то укажите, что вы работаете в The Gazette.

Если вы пишете что то, что может навредить вам лично или компании, или поставить под вопрос вашу профессиональную репутацию, просто не пишите это.

А в Вашем СМИ есть подобные правила? Делитесь!

Читайте также: