На прошлых выходных я спроектировал и провел первую в своей жизни игру-медиатренинг. Ее идею вкратце можно описать так: «Как за двадцать минут научиться писать правильные заметки и постичь бездну». Один раз я уже сформулировал похожий концепт: «как за 2 минуты научиться правильно давать комментарии СМИ». Только там шла речь не о бездне, а о напалме. Но тут все было серьезно, официально. К тому же я на самом деле переживал за ребят.

Официальное название мероприятия звучало, как «Мастер-класс по работе со СМИ». А проводил я его на прошедшей в Ульяновске в середине мая стартап-школе «Территория Идей», как участник проектной группы Метавер («все о новых образовательных технологиях, переустройстве жизни, будущем и объятиях»).

Ритм школы был довольно жесткий. На кону стояли три приза по 100 тыс руб. для победителей — лучших стартапов Ульяновска и окрестностей. Решение принимало жюри из местных и пришлых вип-персон (чиновники во главе с мэром, представители местного бизнеса и московские эксперты). Наша роль заключалась в том, чтобы за два дня помочь докрутить сами проекты, и передать ценные на наш взгляд знания — на будущее. В жизни пригодится. А для этого, по-хорошему, стоило выдернуть народ из привычного контекста — «сместить точку сборки», и не дать отсидеться в своих рутинах. Кроме того, требовалось время и самим участникам, чтобы осмыслить услышанное, получить фидбек по своим проектам и успеть переделать презентации.

Поэтому собственно такой жанр, как лекции, семинары и вообще времяемкое художественное литье водой пришлось забанить. «У тебя будет 15 минут на вступительную часть — приветствие, немного теории и постановка задачи. И минут 60 на работу», — сказали орги из «Метавера». — …что, мало? Ну, хочешь 70?».

В общем, бездна постигалась так.

Надо сказать, что самый позитивный опыт обучения журналистике, ну, или скажем менее пафосно — «написанию заметок», наблюдался мною исключительно «в бою». Скажем, ценность дневного или даже двухдневного семинара вчистую проигрывают простой операции: дал тему, объяснил вводные, человек написал заметку — причем не важно какого качества, чаще плохого — ты разобрал ее на запчасти и местами сделал больно. Все. Следующую он напишет гораздо лучше. Там могут вылезти другие проблемы — для которых не нашлось повода при первом опыте, или у человека может резко вырасти коэффициент вязкости мозга — например, подойдет к порогу обучаемости и дальше КПД обучения сильно упадёт. Но этот результат все равно будет на порядок лучше «теоретического».

А еще я подумал, что журналистка — это собственно и есть игра. И она отлично подходит для игрового моделирования. Есть набор правил, причем не очень сложных (правда в тот раз мне все же не удалось изложить «всю журналистику за 15 минут»; думаю, требуется где-то минут 18). Есть четко выраженные роли (читатель, журналист, редактор, издатель, ньюсмейкер). Вот разве что «игровой цикл» — например, создание заметки — нужно было утрамбовать в игровое время. Те самые 60 минут.

Я поступил так. Самый технологичный жанр в написании заметок — новости. Собственно, финансовые и спортивные новости уже давно научились писать роботы — эксперименты в этом плане оказались вполне состоятельны.

И тут я вспомнил замечательную историю, которую рассказал мне один пожилой редактор в Кишиневе, куда я ездил с похожей образовательной миссией. Не знаю, как сейчас, но тогда состояние печатной прессы в Кишиневе, а, возможно, и во всей Молдавии было довольно печальным. Редактор жаловался на отсутствие кадров, бедный рынок и довольно причудливые представления о журналистике у тех, кто приходил работать в газеты.

Устав бороться с ветряными мельницами, редактор сделал вот что. Он распечатал на листочках A4 таблицы, где в левый столбец поместил хорошо всем знакомые по журфаку «10 вопросов новостной заметки», а правый столбец оставил пустым.

Есть несколько вариантов, какие именно вопросы включать в эту десятку, но пусть он будет таким:

1. Кто?
2. Когда?
3. Что?
4. Где?
5. Почему? (Причина)
6. Зачем? (Цель)
7. Каким образом?
8. Сколько?
9. Каковы ожидаемые последствия? (Что теперь будет? Ну и что?)
10. B чьих интересах? (Кто выиграл/проиграл?)

(Плюс я добавил к этим десяти три пустых поля — для «своих вопросов» — если окажется, что история, которую хотят рассказать ребята, требует изложения дополнительной фактуры, под которую тут нет своего слота).

Тот редактор назвал этот документ не «журналистским заданием» и даже не «вопросами к заметке», а «бланком-заявкой на сбор фактуры». Он поместил это предельно казенное и скучное заглавие в шапку листа и сказал своим журналистам что-то вроде «Вот тебе бланк-заявка, заполни все пункты и приноси». И отправил журналистов в поля.

Так как у авторов выбили из-под ног весь пафос профессии, они не могли ни обличать, ни юморить, ни делиться своими глубокими мыслями, ни писать пространные тексты близкие по духу к школьным сочинениям. Им пришлось заняться очень скучным делом, примерно как бывает с обходным листом — просто пройти по инстанциям и собрать фактуру.

Никто из них и не подозревал, что на самом деле они пишут заметки. Причем, возможно, лучшие (в смысле самые профессиональные) заметки в своей практике.

Когда они вернулись, редактор просто взял и аккуратно скопировал из правой колонки предложения в отдельный файл, и без труда сложил из них неплохие новости. Вот представьте:

КТО: Пивной заводик имени Федора Крузенштерна
КОГДА: На прошлой неделе / вчера / в начале марта
ЧТО: объявил о запуске новой линии по розливу пива
ГДЕ: В Краснопролетарском районе, в промзоне Парнас
ПОЧЕМУ: для увеличения объема производства в два раза к январю 20хх года
ЗАЧЕМ: Это позволит заводу занять второе место по доле рынка в регионе.

Дальше тут может следовать, например, конспирологическая история про таинственных инвесторов, которые готовы купить пакет акций предприятия, но только если он будет в тройке лидеров, или что-нибудь вроде того). Еще дальше – цифры, комментарии бормотологов. Ну, и если повезет — немного живинки, как получится. Главное, мы зацепились за сюжет и с ним уже можно работать.

На нашу игру я сделал сотню (по количеству команд) бланков таких вопросников. Назвал их также сурово — «бланк–заявка».

Затем сделал еще сотню бланков раздатки второго типа. В шапку я поместил графы «Заголовок», «Вводка», «Автор» (чтобы не забывали себя, и чтобы потом можно было найти героя). А справа отчеркнул неширокий столбец — как поля в школьной тетрадке. Это собственно был шаблон для заметки. И самое главное крылось в том самом столбце.

Проект начался. Сначала, минут 10–15 команды заполняли вопросный лист фактурой по своему проекту: делали зачаток новости. Затем менялись этими листками с любой другой командой.

На основании фактуры, полученной из чужих рук, они писали новость про тот, чужой проект. А затем отдавали свой текст команде-ньюсмейкеру. Те читали новость про себя, написанную на основании их фактуры другой командой, и писали на полях комментарии.

Ну, догадываетесь, что произошло?

Прелесть ситуации даже не в том, что каждая команда побывала в роли ньюсмейкера и журналиста. Они писали, и про них писали. И даже не в том, что, будучи ньюсмейкером, они побывали и в фазе «выпуска пресс-релиза», и в фазе «ньюсмейкер охреневает от заметки про себя».

Главное, как мне кажется, что они прочувствовали, как же на самом деле работает наша адская машинка. Почему такая классная и хорошая фактура (как им кажется) превращается в такую гадкую и непрофессиональную заметку про их замечательный проект. Ну, или, как минимум, у них поселилась мысль, что что так обязательно произойдет.

Они стали думать и искать решения. Например, думать о том, насколько на самом деле интересную и ценную фактуру они отправили в СМИ. Какую заметку по ней смогут написать — и смогут ли вообще. К каким идеям, заходам она подтолкнет редакции. Если эта фактура такая хорошая, почему редакции приходится пускаться в творческий поиск, возвращаясь порой с довольно неожиданными заметками.

Они начали прогнозировать, и учиться проектировать заметки еще у себя в голове. А потом выходили из роли ньюсмейкера и сами писали тексты по чужой плохой фактуре. А потом к ним возвращался текст про них…

Ну, а «редакции» крутили эту фактуру и яростно размышляли, как же слепить из нее что-нибудь интересное. Где здесь инфоповод, за что зацепиться, есть ли «вау», как подать. А потом становились ньюсмейкерами и понимали что через несколько минут над их фактурой также будет ломать голову другая «редакция».

— Ну, а теперь отдали заметки, которые подготовили ваши редакции ньюсмейкерам, — сказал я.
— Ууууу, — пронесся гул по залу.

Дальше было все как обычно:
— Это непрофессионально, вы не разбираетесь в теме.
— Разбираемся побольше вашего.

— Вы не написали про то, о чем мы вас просили, о чем нам было нужно.
— А мы не обязаны, да и вообще вы дали какую-то муть, мы сделали интереснее.

— Эти цифры мы вам не давали, вы их выдумали.
— Конечно, выдумали, вы же нам вообще ни одной цифры не дали.

И так далее.

В процессе игры у нас было еще несколько милых деталей. Например, я ввел роль «репортера», который имел право во время написания заметки отправиться к «ньюсмейкеру» и задавать ему дополнительные вопросы. Затем он возвращался и пересказывал команде-редакции то, что узнал. Я очень рассчитывал на «испорченный телефон», но интересно, что некоторые команды стали засылать своих представителей за дополнительной фактурой самостоятельно, не дожидаясь подсказки. Это здорово — у них было настоящее чутье на фактуру и интуитивное понимание, что «тут чего-то не хватает», из этого мы не сможем сделать хорошую историю.

Мы объявили, что все заметки будут «опубликованы» — размещены на стенке в холле (в нашей газете), и авторы с ньюсмейкерами смогут продолжить диалог с помощью пост-итов — писать цепочки комментариев в стиле «Переврали» — «Что дали, то и написали» и пр. Еще интересно было устроить публичные чтения заметок, чтобы участие в их обсуждении смогли принять все: там мы моделировали реакцию читателей.

И знаете что самое интересное? Как ни странно, большинство заметок оказались очень хорошими. Хоть прямо сейчас размещай на сайте компании в разделе «новости», или отдавай в местную прессу. Хотя запросто может оказаться, что это и вовсе не моя заслуга, и не заслуга тренинга. Может просто все стартаперы в Ульяновске по умолчанию умеют писать хорошие заметки. Могу только позавидовать местной прессе.

А в плане развития механики я вынес для себя еще такие мысли:

Неплохо бы ввести в игру институт «читателей» — аудиторию. Потому что, как ни странно, многие заметки — про чужие проекты — оказались довольно таки комплиментарными, хвалебными. Видимо ребята писали про коллег так, как хотели бы, чтобы написали про них. Узнаете проблему многих СМИ? Единственное лекарство от этого — злая, непримиримая, бесцеремонная аудитория. «Что за говно вы тут написали», — должны говорить они. «Что это за заказуха?», «неинтересно», «отстой».

Вообще, если проект длинный (как например мы делали пятидневную школу для стипендиатов Фонда Потанина и их проектов), то замечательная штука — создавать сквозную валюту (очки, баллы). Эта валюта проходит через всю игру, и на нее можно приобретать игровые ресурсы, которые особенно ценны в конце игры — консультации эксперта, место в очереди на защиту, или просто фломастеры, чтобы лучше сделать презентацию. На той потанинской школе такой валютой у нас были обычные пуговицы. Вы бы знали, как они ценились к концу проекта. А консультации Алексея Каптерева (бога презентаций) шли по баснословному тарифу, что-то типа 10 пуговиц за 5 минут.

В нашем же случае вознаграждать команду можно было бы по реакции аудитории (о, как быстро эта реакция стала бы основополагающей для команд-«редакций»!), и снимать баллы по фактическим ошибкам, допущенным при изложении фактов, которые выявят ньюсмейкеры. В общем, все как в жизни. Никаких игр.

Если интересно, ниже я публикую краткий сценарий и правила. Можете использовать, не забудьте только потом поделиться опытом.

Удачи! Простых вам решения сложных задач и хороший заметок!
Ваш начинающий игротехник,
К.

***

Сценарий игры «Расскажи историю»

Что это и зачем:
Сегодня мы научимся рассказывать истории и получать от этого выгоду. Зачем стартаперу история? Хорошая история может превратиться в заметку, которую опубликуют СМИ (Ура! Пиар!), ее можно рассказать партнерам, инвестору или клиенту (и они вас дослушают). В конце концов, составление хорошей истории поможет структурировать все, что вы знаете о своем продукте, и, порой, обнаружить досадные пробелы и нестыковки. В результате — сделать вашу бизнес-идею идею чище и лучше.

Для игры мы воспользуемся шпаргалкой журналистов-новостников: «10 главных вопросов новостной заметки».

Собственно, написание обычной новостной заметки состоит в поиске ответов на эти вопросы и их последовательного изложения.

Краткое описание игры

• Изложить суть своего проекта/идеи в виде ответов на 10 основных вопросов новостной заметки.
• Обменяться этой информацией с другой командой.
• Написать по полученной информации качественную новостную заметку.
• В процессе подготовки материала интервьюировать ньюсмейкера (те, про кого вы пишите) для получения дополнительной фактуры, а также давать комментарии по своему проекту представителям СМИ (те, кто пишут про вас).
• Опубликовать заметку в специально отведенном месте.
• Получить фидбек по своей журналистской работе от читателей и ньюсмейкеров, а также дать фидбек по заметке о своем проекте.

Правила

Шпаргалка для новости
Перед началом игры вы получите «бланк-задание на написание новостной заметки», содержащий 10 главных вопросов, отвечая на которые журналист готовит новость. Вот они:

1. Кто?
2. Когда?
3. Что?
4. Где?
5. Почему? (Причина)
6. Зачем? (Цель)
7. Каким образом?
8. Сколько?
9. Каковы ожидаемые последствия? (Что теперь будет? Ну и что?)
10. B чьих интересах? (Кто выиграл/проиграл?)

Краткость — сестра Твиттера
Вы отвечаете на эти вопросы по «принципу Твиттера» — ваши ответы не должны быть длиннее 140 знаков, или двух недлинных предложений.

Например, написанная выше фраза состоит из 130 знаков.

Спроси себя
Кроме 10 канонических вопросов, мы включили в бланк 3 пустых графы. Вы можете сами придумать вопрос, который хотите задать себе о вашем проекте, вписать его в «бланк-задание» и тут же дать на него ответ.

Обмен новостями
Поменяйтесь заполненными бланками с любой другой командой. Обмен не обязательно должен быть взаимным — можете отдать свой бланк одной команде, а взять у другой.

Пишем новость
На основании информации, изложенной в полученном бланке, пишем новость о проекте/идее вашего ньюсмейкера. Новость пишем от руки, на бумажке. К концу игры готовая новость должна быть сдана редактору (ведущему игры).

Журналистское расследование
Скорее всего, вам не хватит информации, изложенной в бланке. К тому же, она может оказаться непонятной, неинтересной, слишком пиарной и пр. (вы же — настоящие журналисты!). Вы можете выделить из команды одного репортера и откомандировать его к ньюсмейкерам. Репортер идет к ньюсмейкерам, задает дополнительные вопросы, возвращается в редакцию и сдает собранную фактуру (рассказывает, что узнал). Эта информация используется для написания заметки.

Публикация
Заметки о проектах «публикуются» в СМИ: вывешиваются в общедоступном месте, вместе с «исходниками» — бланками заданий.

Отклик читателей
Каждый желающий может оставить к заметке комментарий на листочке пост-ита, прикрепив его рядом с заметкой.
Ремарки могут содержать конструктивную критику, дополнительную информацию, правки стилистических и фактических ошибок, а также любые иные комментарии, не нарушающие Конституцию, ГК и УК РФ.

Требования к заметкам:
Заметка должна содержать:

1. Заголовок, из которого должно быть понятно, в чем главное сообщение заметки: не «Трудовой подвиг», а «Ульяновские дворники вошли в книгу рекордов Гиннеса»
2. Вводку: несколько предложений, раскрывающих это главное сообщение: «20 тонн окурков вывезла бригада дворников дома 36 по улице Ленина города N. Такое рекордное количество мусора обнаружили они под балконом гражданина И. Местная администрация собирается увековечить рекорд установкой памятного знака».
3. Подпись (страна должна знать своих героев-журналистов).
4. В тексте заметки желательно иметь цифры (это же деловая журналистика), а также цитаты (вы же интервьюировали героя) с указанием имени и должности интервьюируемого.

Итог (что после):
Следим за развитием полемики и рецензирования заметок на «стене плача». Оставляем редакторские комментарии. На следующий день – если получится – выделяем Бочарскому 10 – 15 минут для комментария по итогам проекта.

Требуемые раздаточные материалы:

1. Бланк-задание. Лист А4 с заголовком «Бланк – задание на подготовку новостной заметки о проекте с 10 поименованными пунктами и тремя пустыми графами.
2. Бланк для написания заметки. Графы Заголовок, вводка, автор. Плюс справа колонка для комментариев ньюсмейкера (колонка, а не подвал, чтобы комментарии можно было привязывать к конкретным фразам или абзацам).
3. Пост-иты в общем доступе рядом со «стенгазетой» для комментариев.

Начали!

UPD: апдейты к игровой механике v 0.01 и v 0.02 (Facebook)

Читайте также:

Сколько лет уже работаю в самых разных СМИ, а так ни разу не пришлось участвовать хоть в каком-то тренинге за казенный счет. Никого не виню: в основном, конечно, таких тренингов не предлагали сами работодатели, но были и случаи, когда существовала теоретическая возможность поучиться, но я ее не использовал, не хватало времени. Честно говоря, не знаю, как выглядит ситуация сейчас, но по слухам ничего не изменилось. Если забыть на время о книжках по менеджменту, то нас по-прежнему не хотят лично тренировать, или мы не хотим этого сами. И зря.

Наверняка, у многих из вас есть бонусные карты «Малина». Суть их такова: оплачиваешь товары и услуги у их партнеров (супермаркеты, аптеки, сеть заправок и т.п.), тебе на карточку падают баллы, а когда баллов будет достаточно, то можно выбрать приз (что-то вещественное, или услугу). Так вот, по «Малине» я за год уже раза три был в московском тренинговом центре «Сити Класс» (и еще один раз – за свои деньги, благо обучение стоит недорого – от $50 за трехчасовой курс; и стоит того). Там есть разные курсы, от умения готовить суши и до рисования. Из четырех раз тренинг не оправдал мои ожидания только единожды. Что, согласитесь, неплохо!

Больше всего (после курсов рисования) запомнился последний из пройденных тренингов – «Управленческая эффективность руководителя». Нас, слушателей, собралось человек 7, все из разных отраслей (от финансовой компании до сети фитнес-клубов), добрая половина – руководители отделов персонала. Большая часть описанных на тренинге (скорее он походил на лекцию) проблем универсальна для всех отраслей. Я же, естественно, перенес все, что там описывали, на нашу журналистику. И вот что получается…

В России есть несколько крепких журналистских школ, с традициями, при успешных издательских проектах. «Коммерсантъ», Independent Media, «АиФ», «МК» и другие – всем эти бренды известны. Почему же так мало появляется новых? Вспомните, например, сколько новых проектов появилось за последние 10 лет после кризиса 1998 года в деловой прессе? (пальцев двух рук хватит). И сколько из них и поныне успешны? (достаточно пальцев уже одной руки). И это притом, что рекламный рынок растет вслед за потреблением опережающими темпами. По данным АКАР, за 10 лет с 2001 по 2011 год весь рынок рекламы вырастет в 10 раз. Хорошо, сегмент прессы растет медленнее, но это также неплохие цифры: более чем в 3 раза за 6 лет с 2001 года по 2006-й, и в 5 раз – к 2011-му. Почему количество и качество медиапродуктов не поспевают за желанием рекламодателей тратить на них деньги?

Да, у медленного роста есть свои объективные ограничители, их можно обсуждать и спорить о них. Но один из них неоспорим абсолютно – это кадры. Может, перечисленные выше журналистские школы устали их ковать? Или причина в чем-то другом? Как бы то ни было, ситуация в ближайшее время не станет лучше. Звоночек первый, самый тревожный для журналистской тусовки: в ЕГЭ больше не будет обязательного сочинения. Значит, и готовиться к нему на протяжении всего обучения школьники не будут. Звоночек второй: люди начинают работать рано (в журналистике, и в топовой журналистике тоже, есть примеры 16-летних обозревателей и 18-летних главредов). Ситуация вообще напоминает знаменитый фильм «Звездный десант» Пола Верховена: только наши ряды выкашивают не пауки-мутанты, а банальный кризис среднего возраста, который наступает сейчас у людей в 22-25 лет – они уже все знают, всего достигли, и продолжать им просто неинтересно. Но и это полбеды. Новых людей на рынок будет поступать вообще все меньше. Целое десятилетие с 2010 по 2020 год наш рынок труда (и не только журналистского) будет переживать глубочайшую демографическую яму.

И что с этим делать? Первый рецепт от тренеров «Управленческой эффективности» – нанимать «седых тигров». Леонид Бершидский, запустивший «Ведомости», как-то удивлялся, что одного из представителей «старой школы», работавших у него, не уволили (хотя все к тому шло), а переманили. Так вот, это становится трендом. А рецепт второй – учиться учить. Новые люди, которые будут приходить на наш рынок, не лучше и не хуже, чем те, кто работает на нем сейчас. Они просто другие. Они знают себе цену (в буквальном смысле – вспомните о демографическом кризисе), и у них будет выбор, куда идти работать. Вообще, новые, передовые идеи возникают у людей довольно рано, в основном лет до 20-ти. Мне тут вспоминается отраслевая конференция контент-провайдеров (компаний, которые торгуют картинками и музыкой в обмен на дорогостоящие SMS) прошлым летом в «Ренессансе». Организаторы придумали крышесносительную идею – собрать живую панель из школьников – потребителей MoCo-услуг. Залу можно было задавать им вопросы, и они более-менее правдиво отвечали на них. А потом один из них признался мне в кулуарах, что даже сама постановка вопросов, которые мы задавали, была неправильной. И начал перечислять десятки названий музыкальных групп, художников, других исполнителей – которые их интересуют на самом деле. В каталогах контент-провайдеров этих произведений нет до сих пор. И еще он сказал, что сам бы организовал подобную компанию, и она, не сомневаюсь, имела бы определенный успех.

До сих пор сотрудникам требовалось неоправданно долгое время для реализации – нужно было учиться, расти, доказывать что-то себе и окружающим. На «рынке работника» все с точностью до наоборот. Предоставьте сотруднику возможности для самореализации, и вы получите лояльность с его стороны. Вообще, снова возвращаясь к «Управленческой эффективности», в управлении есть 4 взаимосвязанные вещи – само желание руководить, технологии (сколько мы понаписали правил, как писать заметки!), ценности (их нужно прививать) и последнее, возможно, самое главное, – контекст (то есть видение руководителя, его опыт). До сих пор неписаным правилом корпоративного управления было «не делись контекстом» – если не хочешь, чтобы твой подчиненный возглавил тебя. Может быть, настало время отредактировать эту точку зрения? И не только эту.

Читайте также:

Странно, что на журфаках до сих пор не додумались обучать журналистике также, как обучают боксу или танцам. То есть от медленного движения к быстрому, от простого – к сложному. От одного движения к нескольким, от легкого контакта к полному, от жесткого плана к свободной импровизации.

Казалось бы чего проще. Учимся писать новость. Вначале короткую, с события или от цитаты. Потом расширенную. Отработали лид – обобщающий или сокращенный. Сделали переход через действующее лицо, процесс или предысторию. Затем изложили подробности, аргументы сторон и статистику с прогнозом эксперта. Потренировались сокращать заметку на 10 строк или расширять на 20, чтобы чувствовать размер. И еще попробовали многопредметную новость, когда событий несколько, а статья под них отводится одна.

Теперь репортаж. Начали с событийного, когда что-то происходит. Потом – статичный, когда внешних движений минимум, и конфликт высвечивается через бэкграунд. Овладели «красной нитью» – мероприятие, путешествие, псевдомероприятие. Поиграли с перспективой – снаружи и изнутри, поэкспериментировали с планами – от самого общего до детали, освоили монтаж, когда из двух действий получается третий смысл. Научились замечать особенности у людей, раскручивая их при этом на нужную нам цитату.

Также последовательно осваиваем интервью. Событийное – ради сюжета, личностное – ради историй из жизни собеседника, экспертное – ради оценок и прогнозов. Начинаем беседу через тему и уточняющий вопрос, переходим к новой теме через повтор высказывания собеседника, завершаем разговор вопросом, который поставит персонажа в тупик. Учимся развивать или сжимать тему, чтобы получить интервью заданного объема. Тренируемся уходить в сторону и затем возвращаться назад, чтобы исследовать аспект темы и при этом не потерять фокусировку.

Музыканты вначале учатся играть гаммы и простые мелодии, и лишь потом начинают играть сложные концерты. Хирурги тренируются на компьютере, на собаках, и несколько лет лишь ассистируют другим, пока им доверят резать самим. А преподавание журналистики почему-то сводится к рассказу о метафизических сущностях типа массово-информационных процессов, к истории журналистики, которая ограничивается историей борьбы с цензурой, и к всевозможным типологиям российских и зарубежных СМИ.

Невозможно представить себе хирурга, который знает историю хирургии, но не знает, с какой стороны подойти к больному. В журналистике же такое – обычное явление. В мой отдел регулярно приходят стажеры-студенты из разных вузов, с разных курсов. Среди них есть работяги и лентяи, отличники и двоечники. Но нет ни одного, кто мог бы сразу сесть и написать хотя бы короткую новость по материалам информагентств.

На моем столе валяется меховая зимняя шапка – новогодний подарок РЕН-ТВ. И я уже готов пообещать ее съесть, если к нам в отдел придет стажер и напишет заметку, которую не надо будет переписывать. Как мистер Фикс из мультфильма «Вокруг света за 80 дней» в одной из серий пообещал съесть свою шляпу, если не сможет остановить Филиаса Фога с Паспарту. Мистеру Фиксу съедать шляпу пришлось, но мне, по-моему, это не грозит.

Особенно после того, как я прочитал в стенгазете на журфаке МГУ интервью одной преподавательницы, которую таким способом благодарные студенты поздравили с юбилеем. На вопрос «Как вы пришли работать на факультет?» тетенька на голубом глазу ответила, что после окончания журфака попыталась работать в газете, но у нее ничего не вышло. И тогда она вернулась и стала преподавать…

Читайте также: